Очередная смерть в РОВД: «Он сам»

 

МВД озвучило официальную версию смерти — задержанный сам повесился в камере. Дмитрий был задержан по подозрению в употреблении или хранении наркотиков, на трое суток. При обыске и задержании наркотиков у него не нашли. Во время пребывания в камере воспользовался неким шнурком, якобы припасенным заранее, взял и… решил повеситься. В РУВД.

Суицид заметили постфактум, и… записали на видеокамеру!

Точнее, неведомым образом охрана проигнорировала происходящее в камере, а потом воспользовалась записью видеокамеры, на которой, по их мнению, и запечатлен суицид.

Все обвинения о подозрении причастности к смерти парня милиция отвергает, ссылаясь на видео. Распространив информацию о том, что задержанный был наркоманом, работники органов предоставляют возможность читателям самим додумать конец истории. Наркоман, ломка в камере… Что тут непонятного?

Начальник ГУМВД Украины в Киеве Алексей Крикун на период проведения служебной проверки ГУ МВД Киева и прокуратуры своим приказом отстранил от выполнения служебных обязанностей суточный наряд дежурной части Святошинского РУ ГУМВД. А именно — инспектора-дежурного, который некачественно провел личный досмотр задержанного перед помещением его в комнату.

Также от обязанностей освобожден прапорщик милиции, который отвечал за охрану задержанных и взятых под стражу лиц, который своевременно не выявил и не предупредил факт самоубийства. Так же сообщается, что руководитель столичной милиции наложил дисциплинарные взыскания на начальника Святошинского РУ ГУМВД Украины в Киеве и еще шестерых сотрудников районного управления.

Уволили тех, кто не досмотрел, что парень повесился — виновные наказаны. Казалось бы, вот и конец истории.

Удобный конец. Кому удобный? И конец ли?

Или, может быть, тонкую ниточку огромного, очень неудобного клубка, размотать пока не удалось? Даже тем, кто прикладывает к этому усилия не первый год?

Почему же повесился Дмитрий?..

Когда стало известно, что парень якобы покончил с собой в камере, возник вопрос — неужели нельзя поставить камеры наблюдения, чтобы исключить такую возможность? Оказывается, камера была. Но только вот, по какой-то причине, задержанному дали довести самоубийство до конца.

В Главном управлении столичной милиции отрицают участие милиционеров в гибели Дмитрия Ящука. Об этом заявил глава пресс-службы Владимир Полищук. «У нас есть видеозапись, как Дмитрий совершал суицид. Все инсинуации, все какие-то спекуляции относительно того, что это снова какие-то неправомерные действия сотрудников милиции — мы отрицаем!» — приводит слова Полищука 5 канал.

Непонятно, что имеет в виду под словом «снова» глава пресс-службы — то ли подтверждает, что в случае с Индило таки было место неправомерным действиям, то ли просто обвинения в неправомерных действиях.

В доказательство непричастности, Полищук предлагает журналистам поехать в пресс-службу и просмотреть видео со своего ноутбука. Отдать видео он отказывается — мол, из этических соображений запрещено предоставлять его для СМИ.

В этот же день родители погибшего узнают, что видео показали… по некоторым телеканалам, в частности — ТРК «Украина». Откуда у журналистов телеканала появилось видео, которое запретили распространять? И зачем его отдали, если идет проверка прокуратуры?

По словам журналистов, которым показали видео, на нем есть моменты, когда Дмитрий выпадает из поля обозрения камеры. Друзья погибшего вообще считают, что видео смонтировано. Все это надо проверять. Но почему-то милиция поспешила отдать видео, якобы доказывающее непричастность милиции к смерти.

«Спекуляции» — такова мысль милиции о предположении иного хода событий. «Наркоман со стажем», «наркоман со стажем», «наркоман», «наркоман» — эти слова пестрят во всех новостях СМИ, перепечатывающих сообщения о смерти парня с комментариями милиции. Причём, некоторые источники, без ссылки на первоисточник, сами же делают вывод — «наркоман» повесился от ломки.

Кто дал это заключение? Откуда появилась эта версия?

Дмитрий Индило, который погиб в Шевченковском РУВД в кабинете при оформлении протокола, не был наркозависимым, а погиб в стенах РОВД. Протесты против милицейского беспредела вспыхнули, как бензин от искры.

А если бы Ящук не был наркозависимым? И был ли он «наркоманом со стажем», каким его изображают?

Попал в лицо — а отбил селезенку?

А вот история, составленная из свидетельств родителей, братьев погибшего, и матерей тех, кто попадал ранее в святошинский ОБНОН, и тех, кто имеет непосредственное отношение к судебным процессам по этому делу.

В мае 2009 года молодого парня Антона Ж. задержали по подозрению в хранении наркотиков. При дознании его «просили» подписать сфальсифицированные показания о других людях. Под давлением, Антон подписал бумаги. После длительного дознания, Антона заставили сделать контрольную закупку в одном из домов своего района. Антон зашел в подъезд дома и исчез.

Его поймали через 2 дня. После дознания в ОБНОНЕ Антон лишился селезенки. Её пришлось удалить после «опроса».

В июне Антон обращается в прокуратуру. С заявлением о том, что его избили работники милиции. В возбуждении дела несколько раз отказывают, не обнаружив неправомерных действий милиции.

В феврале Святошинской районной прокуратурой было возбуждено уголовное дело в отношении работников Святошинского ОБНОНА, Васильченко и Кобы, и других лиц, проводивших дознание Антона, после которого ему удалили селезенку, по статье 365 УК, часть 3 — «превышение служебных полномочий, повлекшее за собой тяжелые последствия».

Срок по этой статье, по словам юристов — от 7 лет и выше, предела нет. В мае следователь по делу сообщил одной из матерей, которая тоже была опрошена по делу, что дело близится к развязке. Это дело было одним из 6 похожих криминальных дел против сотрудников ОБНОНа.

Дмитрий Ящук на момент первого задержания Антона имел с ним дружественные отношения.

Дмитрию стало известно, что Антон «сдал» знакомых ни за что, и просто ударил его в лицо, встретив на улице, эмоционально выясняя, за что он подставил людей. Со слов брата погибшего, это была почти пощечина. Удар был нанесен только по лицу, и не повлек каких-то особенных травм.

В феврале Дмитрий с Антоном узнали, что ОБНОН задерживает двух других людей, которые являются знакомыми Антона и погибшего Дмитрия.

До сих пор неизвестно, кто они и где находятся. «Не знаю, чем пугали их, но они написали, что Дима избил Антона. Как свидетели» — говорит Василий, брат погибшего.

В пятницу, 10 июня, Антона с другом С. снова задерживают по подозрению в хранении наркотических веществ, отвозят в ОБНОН.

Оба утверждали, что никаких наркотиков с собой у них не было. Задержанных, по рассказам Василия, заставляли делать клизму, рвать, а потом откуда-то из кроссовка Антона вытащили голубой пакетик. Антон утверждал, что пакетик — подброшен.

Друга С. представители милиции «попросили» написать, что Антон Ж. продавал ему наркотики. Под давлением милиции С. подписал, что Антон сбывал ему наркотик. Друга отпустили.

После чего сказали Антону, что если тот не подпишет, что это Дмитрий Ящук отбил ему селезенку при драке — той самой, на улице, когда Дмитрий ударил Антона по щеке, — то Антон сядет. Пообещали — на срок более 10 лет, за распространение наркотиков и другие преступления, связанные с наркотиками, которые ему напишут.

Под давлением и страхом получить огромный срок, в пятницу Антон подписывает заявление о том, что селезенку ему отбил… Дмитрий Ящук, с которым он якобы имел конфликт. Антона отпускают в пятницу.

О том, что Антон подписал заявление, узнает и Дмитрий. Он готов к визиту милиции.

Все, что остается представителям ОБНОНа — получить признание от Дмитрия Ящука.

В воскресенье Дмитрий погибает в Святошинском РУВД.

Заключение морга — суицид. Справка выдается для захоронения тела. К телу погибшего родителей до сих пор не пускают.

Результаты официальной экспертизы, по словам работников морга, будут готовы только через 2 недели, а заключение в справке не является официальным заключением экспертизы, выдано просто для захоронения. «Это нам сказал начальник морга. Тело смотреть пускают только с милицией, а милиция не идет с нами, естественно, тело выдают только хоронить, — рассказывает отец погибшего. — К нам уже несколько раз приходили, уговаривали скорее хоронить, мол, жара, тело портится.

Но мы хотим провести повторную экспертизу! Этому заключению не верим, мы даже не видели сына! Хотим посмотреть — что у него с руками, ногами, шеей. Они говорят — забирать только в одежде, и буквально его уже привезут за час до похорон, прямо на кладбище — таковы их условия. Уговаривают, чтобы скорее хоронили, не тянули»

Свидетель

12 июня Дмитрия задержали не одного. В ОБНОН их повезли вместе с братом, Василием. С ним я вчера разговаривала по телефону. Василий — последний, кто видел Дмитрия Ящука живым.

— Дмитрий действительно употреблял наркотики?

— Да, но он не был таким, каким его рисуют сейчас газеты — наркоман со стажем, безнадежный, и так далее, — говорит Василий. Наркотики он попробовал по молодости, еще в 19 лет. Он не был тяжело зависимым и безнадежным. Он проходил курс лечения, потом снова сорвался. За полтора месяца до смерти он прошел курс лечения, и закончил его, есть контракт об этом, который сейчас забрала милиция. Он не кололся после этого. Хотел в армию, но не получалось.

— Употреблял ли он наркотики до задержания?

— Нет.

— Могла ли у него быть ломка?

— Нет.

— Опишите, что происходило накануне вечером.

— Вечером, перед тем, как к нам на следующий день нагрянула милиция, мы с ним пили пиво во дворе на лавочке. И он мне сказал: они за мной придут. Антон все подпишет, и они придут, будут меня бить. Это вопрос времени.

— В каком он был настроении, жаловался ли на тяжелое состояние?

— Нет, он абсолютно позитивным был, спокойным. Когда я вернулся после армии, помню, рассказывал ему про то, что творилось там, мне не повезло с армией. Говорил, что вообще иногда хотел наложить на себя руки. А Дима мне говорил — ты что, с ума сошел?! Самоубийцы в рай не попадают…

— Обыск происходил при вас?

— Да, когда я зашел домой, в квартире уже был обыск. Дима уже был готов.

Говорит — видишь, я тебе говорил, вот они пришли. Были не только рядовые милиционеры, а и руководство районного ОБНОНа. Кричали «Да мы вас всех поубиваем!». В доме нашли какие-то старые шприцы, с каплями жидкости внутри. И чай в пакетике.

— Наркотиков не было, когда вас везли в ОБНОН?

— Нет. Когда мы ехали в бобике, я Димке говорю: все нормально, не подкинули ничего, держись.

Братьев доставили не в РУВД, а в ОБНОН Святошинского района, на улицу Кольцова. В кабинете с ними находилось и начальство.

— В чем вас обвиняли, что инкриминировали?

— Начали кричать — будете сидеть 15 лет, мы вам такого понаписываем, пишите всю правду по поводу обыска. Что нас двое — это уже банды, и что они нам инкриминируют торговлю и распространение в составе банды, что двое — это уже банда, а свидетелей найдут. Говорят, ты же употребляешь? Нет, говорю. И брат тоже. Говорят — мы вам такое нарисуем, что и не снилось. Я сказал, что знаю, как они работают, методы, и сказал — докажите это в суде. И что я состою на учете у психиатра. Они говорят — отдайте ему паспорт.

Работников ОБНОНА, видимо, насторожили слова Василия, и те решили отослать его домой. Брата не отпустили — мол, потом придет сам.

Это был последний раз, когда Василий Ящук видел брата живым.

Охранник замешкался в коридоре, и попросил Василия: «Посиди на стульчике». Это было у кабинета, где допрашивали брата.

— Я четко услышал их разговор. «Напиши — отбил». И Димка им ответил: «Я этого подписывать не буду. Напишу, как было». А они — «Если селезенку на себя возьмешь, 2 года, если откажешься — сядешь на 12 лет». Там было 3-4 сотрудников. А по лестнице как раз вышел начальник ОБНОНа и его зам, они шли в кабинет. Увидели меня, и как-то шарахнулись — «А ты тут чего сидишь?!» Поняли, что я слышал, что происходило в кабинете»

Василий спросил, можно ли принести брату сигарет и воды. Начальство разрешило. Однако когда Василий пришел со всем купленным, к брату его уже не пустили. «Воду и сигареты забрали, все происходило за закрытыми дверями».

— Дима знал, что ему хотят подкинуть наркотики и избить. Знал, что давят на Антона, и что хотят все повесить на него. Каждый день знал.

По настоящий момент Василий уверен — брат не мог повеситься. Сам.

Родители также уверены — их сын не употреблял наркотики, и ломки у него быть не могло. В любом случае, это должна показать экспертиза, которую хотят провести родители.

Продолжение следует.

http://kiev.pravda.com.ua/columns/4c1b3d2e233dc/

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*